Актёрский портрет Константина Хабенского

«Многие смотрят на тебя, на твои грустные глаза и считают, что ты по жизни не очень веселый человек. // – Да я хохочу внутри!». Этот «хохот внутри» в сочетании с внешне трагическим выражением лица – и есть актёрское амплуа Константина Хабенского, начавшего свой творческий путь с исполнения ролей трагикомических. В дипломном спектакле Юрия Бутусова «В ожидании Годо» студент ЛГИТМиКа (мастерская В. М. Фильштинского) исполнил неврастенического героя Эстрагона. Ожидание со взглядом, направленным в горизонт, нервная суета в сочетании с бесконечным травестированием и насмешкой над всем происходящем на сцене – образ Эстрагона определил характерный стиль актёра в его дальнейших работах.

После окончания в 1995 году Петербургской Академии Хабенский несколько лет скитается по разным театрам, в основном исполняя второстепенные роли. Переезд в Москву стал для актёра началом его кинокарьеры. Алексей Герман, уже успевший оценить талант Хабенского в постановке абсурдистской пьесы Беккета, даёт ему роль в социальной драме «Хрусталёв, машину!». Более прочный творческий союз возникает у актёра с Дмитрием Месхиевым. В мелодраме «Женская собственность» Константин Хабенский играет слабого героя, не готового брать на себя ответственность за собственную жизнь. Проявив строптивость – добившись поступления в театральный вуз, путём флирта с преподавателем, герой Хабенского отдаёт свою судьбу потоку жизни и не пытается плыть против течения. Уже в этой картине мы видим рефлексирующего героя, который не способен к борьбе с обстоятельствами. Подобный образ будет близок актёру и в более зрелый период его творчества. В экранизации романа Алексея Иванова «Географ глобус пропил» (2013) 37-ми летний биолог Виктор Служкин видит для себя только один выход из кризиса – алкоголь. Находясь в состоянии опьянения, герой Хабенского только усугубляет свои семейные и материальные проблемы. Но печальная виноватая улыбка при виде дочки, которую он забыл забрать из садика, и абсолютная трезвость во взгляде во время принятия решения отвести школьников в поход делают этого героя сильнее обстоятельств и не дают ему погибнуть в водовороте реки, по течению которой он плывёт.

«Пьяное амплуа» Хабенского активно эксплуатируется с самого начала его кинокарьеры. «После выхода на экраны «Дозоров» кто только ни прошелся по поводу того, что Антон Городецкий там постоянно не в себе: он или «поддатый», или мучается похмельем, отравлен, вообще переселен в другое тело. Шатается по сюжету такой неадекватный, с испариной на лбу, растягивая губы в своей плывущей, «разлапистой» улыбке»1. Улыбка героев Хабенского – это защитная от жестокости мира реакция, это проявление наивности и инфантильности героя, который чувственно воспринимает мир, но оказывается способным только к переживанию, а не к действию. Подобный герой возникает и в сиквеле «Иронии судьбы» Тимура Бекмамбетова.

Константин Хабенский

Виктор Вержбицкий и Константин Хабенский на съемках фильма «Ночной дозор» (2004)

Рефлексирующий пассивный герой Хабенского берёт своё начало в его первой работе с Дмитрием Месхиевым и определяет на целое десятилетие характер ряда сыгранных актёром ролей. Можно назвать апогеем рефлексии Хабенского его исполнение Контрабасиста в моноспектакле на сцене МХТ им. А. П. Чехова. «Я ремесленник, в душе – ремесленник, а не музыкант. Я не более музыкален, чем вы. Просто люблю музыку», – отчаянной нотой звучит крик «маленького человека», абсолютно изолированного от мира и внешне и внутренне, человека, который не находит понимания в окружающем его мире.

Константин Хабенский

Константин Хабенский в спектакле «Контрабас»

Несмотря на неврастенически-рефлективную линию в творчестве актёра, нельзя сказать, что Константин Хабенский стал заложником определённого амплуа. «Тяжело всегда отказываться от материи, в которой тебе так удобно, и «переодеваться» в новую одежду, и разнашивать новые сапоги, но ведь надо – это жизненный процесс», – выход из зоны комфортных ролей, по словам самого актёра, позволяет ему развиваться разносторонне. Так в картине Дмитрия Месхиева «Механическая сюита» (2001) Хабенский создаёт пародию на своего «рефлексирующего» героя. Карикатурный Артур – внешне зажатый и угловатый с мелкими жестами, он словно загнан в футляр, из которого нет выхода. Увлечение внешней формой, которая определяет внутреннее содержание, проявляется у Хабенского уже в его первой театральной работе с Юрием Бутусовым. Жест определяет эмоцию – такая мейерхольдовская биомеханика. Однако верный традиции реалистического театра Константин Хабенский не позволяет себе ухода в формализм – внешнее перевоплощение раскрепощает в его героях искренние чувства. Чеховский человек в футляре в интерпретации Хабенского тоже умеет плакать.

Герои Константина Хабенского отчаянно пытаются преодолеть свой инфантилизм, или хотя бы создать иллюзию взрослости. В фильме Филиппа Янковского «В движении» (2002) Саша Гурьев достигает определённого социального успеха, а именно успеха у женщин. Герой комфортно ощущает себя в стремительном потоке жизни, времени на рефлексию у него просто нет. Авантюристская линия героев Хабенского продолжается в комедии Павла Лунгина «Бедные родственники» (2005), где актёр исполняет роль предпринимателя, который проворачивает бесконечные аферы – образ гоголевского Чичикова нашего времени, роль которого актёр позже и исполнит в сериале «Дело о «Мёртвых душах».

Константин Хабенский

Константин Хабенский в фильме «Бедные родственники» (2005)

Константин Хабенский продолжает примерять на себя образ «взрослого» героя, далёкого от инфантилизма и эмоциональных колебаний. В фильме «Статский советник» персонаж Хабенского – террорист. Это несгибаемый, абсолютно уверенный в своем правом деле революционер. Дорогу к светлому будущему он прокладывает взрывами, жертвуя ради дела собственными чувствами и собственной жизнью. Хладнокровность, целеустремлённость, жестокость – качества абсолютно чуждые образу неврастеническому. Хабенский преодолевает шаблон закрепившегося за ним амплуа слабого, страдающего от собственного бессилия героя и в сериале «Убойная сила», где он выступает в роли расчётливого и уверенного в своих силах детектива.

Однако образ неустойчивого, постоянно находящегося в экзистенциальном кризисе героя, продолжает преследовать актёра, который отчаянно стремится вырваться из оков подобного амплуа. К таким героям относится неудачник-бард в сериале Дмитрия Месхиева «Линии судьбы». В этот же период творчества Хабенский исполняет роль сомневающегося тирана Клавдия в спектакле «Гамлет» Юрия Бутусова.

Но среди органичных для Хабенского страдающих из-за своей неприспособленности к жизни героев, часто возникают образы абсолютно противоположные. Революционер – это роль, выражаясь актёрской терминологией, «на сопротивление». Константин Хабенский принимает вызов профессии. В его фильмографии есть и образ Троцкого, и эсер-террорист, и руководитель белого движения адмирал Колчак. Актёру также не чужды характерные роли в комедиях – «Выкрутасы», «Сказка. Есть».

Несмотря на многообразие создаваемых им героев, Константин Хабенский достигает высшей степени органичности в образах, сочетающих в себе неврастенический тип потерянного, инфантильного героя, который в то же время обладает определёнными принципами и проявляет профессионализм даже в критических обстоятельствах. И к такому сочетанию качеств, казалось бы, несочетаемых в одном характере, актёр проходит длинный путь. Речь идёт в первую очередь о главном герое сериала «Метод» (2015), ведь секрет профессионализма следователя Меглина заключается в самом подходе к преступникам, с которыми он легко может найти общий язык. Его неврастения проявляется в эксцентричности характера, а слабость – в пристрастии к алкоголю, которым он заливает свои психологические проблемы. Герой Константина Хабенского сочетает в своём характере жестокость и милосердие, принципиальность и беспринципность.

Хабенский

Паулина Андреева и Константин Хабенский в сериале «Метод» (2015)

В многообразии создаваемых образов актёр стремится найти самого себя. Для Хабенского это задача не из лёгких, и её решение он находит в «публичном одиночестве». Моноспектакль «Контрабас» для актёра всё же является диалогом со зрителем. В то время, как работа в так называемом жанре монофильма, по словам Хабенского – это полная изоляция от внешнего мира. Герой фильма «Коллектор» (2016) действительно изолирован от социума, на протяжении всего фильма он существует в пространстве своего кабинета. Его связь с внешним миром осуществляется через телефон. Артур беспринципный и циничный карьерист, при помощи психологических манипуляций он вымогает у людей деньги. Но жизнь оказывается шире, чем футляр кабинета коллектора, и внешнее пространство возвращает бумерангом то зло, которое исходит из злополучного кабинета во вне. Телефонные голоса больше не выступают заложниками Артура, теперь он сам становится заложником голоса мести. Одна ночь дана герою, чтобы переосмыслить собственную жизнь. Изоляция от внешних проблем позволяет ему погрузиться в собственный мир. Маска социальной жестокости, созданная Хабенским в экспозиции фильма, в финальной сцене спадает с лица его героя. Артур, которому рефлексия, на первый взгляд не свойственна, позволяет себе погрузиться в эмоциональные переживания. В этом и заключается для Хабенского преодоление созданного им внешне образа успешного карьериста, духовный путь героя – это путь самого актёра к своему настоящему образу. Артур чувствует себя сильным и уверенным только в пространстве своего кабинета. Физическое соприкосновение с внешним миром приводит его к гибели – в реальной жизни он оказывается слабым.

«…ежедневный труд, слезы, нервы, радость принадлежности делу», – это слова, точно характеризующие творческий путь Константина Хабенского. Постоянно стремясь преодолеть шаблоны сложившихся вокруг его личности образов, актёр не боится выхода из зоны комфорта. Для Хабенского постоянное «переодевание» – это и есть развитие таланта. Он не чуждается экспериментов с формой, но при этом сохраняет верность традиции русского реалистического театра. Начав свою актёрскую карьеру с абсурдистской эстетики, актёр на протяжении всего своего творческого пути, преодолевая трагикомизм создаваемых им образов, стремится к правде.

Алена Янушко